Почти половина не вернулась домой

Известие о том, что началась война, разлетелась по деревне Таль в мгновение ока. Люди смущенно оглядывались: как такое могло случиться? Чего ждать дальше? Были и те, кто не верил этой новости. Но вскоре стало ясно, что враг действительно уже идет по Синеокой.

Павел Сущите после окончания седьмого класса тогда как раз помогал хозяйству на заготовке кормов для общественного стада, когда услышал взрывы со стороны Уречье. Потом узнали, что это отступавшие части Красной Армии уничтожали военную базу с техникой и боеприпасами, чтобы те не достались неприятелю. А уже через дней десять по деревенской улице прошли захватчики. Шагали медленно, не спеша, по-хозяйски ...

1399871174

Советские же солдаты оставляли белорусские населенные пункты и почти без боя сдавали небольшие города, двигаясь на восток. Немногочисленные отряды, что не успели соединиться с основными военными частями и закрепиться на местности, пробивались к своим. Фрицы тоже не теряли времени даром. Организовывали на советских воинов осады, как на волков. "Под Костешов собралась группа наших бойцов, что не успели отойти. Фашисты начали наступать на них сразу с нескольких сторон, пока красноармейцы не оказались в плотном кольце, из которого уже никто не выбрался, "- вспоминает ветеран.

Более трех лет стонала под гнетом фашистов наша страна, проливалась кровь невинных людей, мирных жителей Беларуси. Сотни тысяч сынов и дочерей отечества полегли в боях или были уничтожены, замучены ... Но до последнего сопротивлялись коричневой скоплении белорусы. В подполье, партизанских соединениях делалось все, чтобы помочь победоносной армии, что уже двигалась на запад.

91237

На второй день после освобождения Любанщины на образованы полевой призывной пункт пришло сорок молодых парней-талюков. Среди них был и Павел Сушчыц. Новобранцев направили в "учебку" под Бобруйском, где те постигали военную дело, правда, без оружия в руках: "Бегали с деревянными макетами автоматов и винтовок, тренировались", - сквозь слезы улыбается Павел Петрович. Два месяца провели там солдаты. А потом необстрелянных юношей "погрузили" на железнодорожные составы и увезли в сторону Польши. Под Брестом бойцов наконец обмундировали и дали возможность немного прыстраляцца. Следующей точкой следования значилось Варшава. Под польской столицей парней расформировали. "Из сорока талюков, что призывавшихся со мной в один день, со мной в часть не попал ни один. В общем, как потом узнал, землякам не пришлось послужить ра-зам ", - рассказывает ветеран. Павел Петрович был зачислен в 487-й стрелковый полк 143-й стрелковой дивизии 47-й армии 1-го Белорусского фронта. "10 октября попал на фронт, а уже шестнадцатого впервые пошел в наступление. Тогда перед нами стояла боевая задача - выбить фрицев из занятых ими позиций. Сказать, что было страшно - ничего не сказать. Трудно сохранять самообладание, когда рядом с тобой рвутся снаряды, свистят пули, падают боевые товарищи. Да приказ есть приказ, против него не попрешь. Шли вперед. Однако далеко продвинуться нам тогда не удалось - выбили фашистов из первой линии обороны, которую сами и заняли, они закрепились на второй ", - делится воспоминаниями бывший солдат. Прорываясь, рта, в состав которой входил и взвод Сушчыца, разделилась. Одно из подразделений потерялась. Ротный спросил бойцов: кто видел, куда направился пропавший взвод? Павел Петрович откликнулся. "Ну что ж, боец, вместе с товарищем младшим лейтенантом пойдешь на поиски. Передашь мой приказ: пусть идут сюда ", - безапелляционно заявил командир. "Как говорится, назвался груздем, полезай в кузов. Приказы не обсуждаются. И вот пошли мы в перелесок, где я заметил тот же взвод. Пробирались кустарником, а как только оказались на опушке, наткнулись на двух фрицев. Те были без оружия и сразу подняли руки вверх, мол, сдаемся. А мы с лейтенантом думаем: что же с ними делать? Решили конвоировать к командиру, а потом снова вернуться по своим. Так и сделали. Ротный был очень удивлен нашими "языками", которых мы обрели без боя. Доставили пленных, а сами - назад. Немного паблудившы, вышли наконец к пропавшего взвода, передали приказ и повернули назад. Солдаты двинулись за нами, да немчура все же что-то заметила: открыли по нам огонь, но повезло - все дошли, никого даже не ранило. Через день за выполнение задания и пленение фрицев меня наградили медалью "За боевые заслуги", - вот так началась фронтовая служба рядового.

Паабвыкся, насколько это вообще возможно, красноармеец довольно быстро - бои велись почти каждый день. В конце октября рядовой впервые был ранен. "Перед нами стояла боевая задача - выбить неприятеля из насыпи вдоль железной дороги и самим закрепиться на месте. Десять метров не добежал до места назначения - почти под ногами рванула немецкая граната, осколком задело бедро, и "повезло", кость не затронула ". Через восемнадцать дней Павел Петрович вернулся в строй. И снова наступление ... "Шали немца по Европе, а он цеплялся за каждый укрепленный кусок земли. Понимали фашисты, что недолго им осталось. Уже на подступах к Одера меня снова ранило. Во время операции по захвату моста, который удерживали эсэсовцы, пуля разворотило мне колено. Долго лечился в госпитале, там же узнал и о победе ... Еще долго после демобилизации колена не давала покоя. Да я не жалуюсь: из тех сорока земляков, что вместе со мной были призваны на фронт, пожалуй, половина так и не вернулась домой ... "

Светлана Кривальцевич.

Фото автора.