Жатвенные предрассудки и суеверия любанчан (Партнер записи: пиломатериалы раменское — www.souzgroup.ru)

Если рассмотреть географическое положение Любанщины относительно этнографических регионов, то получится, что как раз по данной территории проходит граница между Центральной Беларусью и Полесьем.

Планируете постройку своего дома и вам необходимы качественные и недорогие стройматериалы? Тогда мы можем вам порекомендовать пиломатериалы раменское, также там вы сможете приобрести бетон для строительства, а также противоморозные добавки. Всем рекомендуем!

Поэтому в местном фольклоре присутствуют явления, характерные для обоих этих регионов. Такой симбиоз и является основной особенностью фольклора нашего района.

25-07-15-181

Жатва - это центральный обряд для крестьянина в календарной обрядности, так как и свадьба в семейной. От успешности того и другого зависит благосостояние человека, разница только в сроках -один год и всю жизнь. Не зря же существует поговорка: «Снопы складывать, что жену обнимать». Очевидно параллель плодотворности. Более того, в жатвенных песнях наших бабушек широко звучит брачная тематика, в то время как в свадебных присутствует августа.

На протяжении многих веков наши предки сохранили древние верования, символы, суеверия, орнаментальные изображения, часть из которых относилась и к жатве.

Одна из таких остатков дохристианских верований в жатвенных обрядах - это крестик из первых колосьев: только в одних деревнях сначала лаже крестик, а после падпаясавалися колосьями, а в других - наоборот. Повсеместным был обряд жертвоприношения хлеба, сыра и соли. Вот только ритуал совершался по-разному: в д. Обчин под первой нажать бабкой садились кушать, а крышонки и остатки от хлеба и сыра высыпали под эту бабку и посыпали солью; в Тали жертву клали под первый сжат снопок и оставляли на месте, когда снопок забирали домой; в д. Пласток жертву поливали водой и оставляли на месте первых сжатых колосков.

Во всех деревнях происходило апаясванне колосьями - «чтобы не было больно во время жатвы середина». Конечно на Любанщине еще одна явление - затыкание первых сжатых колосьев пояса: они несли здоровье и благополучие хозяевам, их семьи и всей хозяйстве.

Зажынкавы снопок делался повсеместно, мог отличаться только размерами. Обвязывали («падпярэзвали») его поясом или полотенцем-наметки (небольшой ручничок с замашных льняных нитей с наткаными мелкими красными полосками в хвостах). Сноп обязательно ставили на угол под иконы, только в одних селах это делала сама зажынальница, а в других -
хозяин (хозяйка), которому зажынальница приносила и с поклоном передавал снопок.

Если зажынкавы сноп делали в начале жатвы, то дожиночных, разумеется, в конце. Почти во всех деревнях нашего района последние каласочки связывали лентой, выпалывают под ними сорняки, клали пожертвование, а затем зжынали и добавляли к последнему снопа. Только в Малых Гарадяцичах колоски эти ломали и присыпали землей.

Завилки-изломы упоминаются во всех без исключения селах, и даже объяснения опасности от них почти не расходятся. Например, жительница Тали Анна Веревка рассказывала: «жнеи очень боялись« изломов »,« завитков », так как считалось, что они приносят болезнь или смерть. В нашем селе был дед, который вырывал изломы, потом болел или умирал тот, кто их наделал ». Излом нельзя было сжинай, даже прикасаться к нему было опасно - от этого могла пострадать не только жняя, но и вся ее семья. После того, как «знахари» отговаривали излом, его сжигали на месте, даже убивали у него осиновый кол.

Интересных правил при-трымливалися наши предки и в отношении серпа - главного рабочего инструмента во время жатвы. Нужно было, чтобы у каждой женщины серп был только свой («чужой резать будет» - Таль). Если девочка подрастала, ей покупали или заказывали у кузнеца серп, который она забирала в приданое после свадьбы. В плюсны говорили, что серпом можно жать только зерно, и ни в коем случае траву или крапиву (разве только старым, оставшееся от пращуров). В пластины - что голым серп нести домой нельзя, «все равно хоть в фартук закрутят».

Вообще считалось, что рожь нельзя косить, ему надо кланяться, поэтому овес, пшеницу и ячмень могли косить косами мужчины, а рожь и просо только жали, и делали это только женщины.

И еще немножко о народные ремесла. Изображения символов ура-жая и плодородия являются частой темой в орнаментах Любанских мастериц, обычно в закладаных полотенцах и покрывала, реже на одежде. К сожалению, сегодня нельзя объяснить смысл большинства образцов, носители уже ушли из жизни. Но многие заверения о преемственности орнаментики с более старых бабушкиных изделий свидетельствуют о древности образцов. Вот, например, что пишет исследователь Михаил Кацар в монографии «Белорусский народный орнамент»: «На подстилке Т. Трубчик (д. Калиновка Любанского р-на) образец« Жыцення »сочетается с другими символами урожая: спорыша, богач. А внизу - мотив женской доле. Надо думать, что мастерица связывала свою долю с хорошим урожаем ».

Сегодня во время районных, сельских праздников зажинок и дожинок культработники снова и снова обращаются к обрядов, верований наших предков. Казалось бы, зачем нам эти предрассудки, сегодня белорусы не дикари, а современный европейский народ? Однако, чтобы быть действительно цивилизованными людьми, нужно знать свою историю и культуру. Конечно, у нас не получится возродить отшедшие в небытие обряды, но можно реконструировать их на сцене, изучить и записать, чтобы сберечь память и традиции для потомков.

Сергей Выскварка,

заведующий организационно-творческого отдела

Любанского РЦК.

Фото из архива редакции «СМ».